Среда, 19 Ноября 2014, 16:46
 
Начало Каталог статейРегистрацияВход
Вы вошли как "Лазутчик" · RSS
Меню сайта
Форма входа
Логин:
Пароль:
Каталог статей
» Статьи » Статьи

Вооружение и организация русского воинства на разных исторических этапах
Вооружение и организация русского воинства на разных исторических этапах


     Задача настоящей статьи — показать
оружие как комплекс вооружения войска и его отдельных частей на
определенном историческом этапе. Это поможет при построении
исторических экспозиций правильно показать вооружение войска в
отдельные исторические периоды нашего героического прошлого.

     При раскопках в кургане Х века
Черная могила были обнаружены остатки шлемов, кольчуг, мечей, копий,
сабель и множества стрел. Это дает возможность утверждать, что
дружинники Х века были вооружены луками, копьями, мечами, саблями,
имели также и защитное — оборонительное — вооружение, как шлем и
кольчуга.

     Сельское же население, также часто
привлекавшееся к походам, несомненно было вооружено проще. Оно имело
оружие, которое служило ему и в повседневном быту: луки, топоры,
охотничьи рогатины, ножи, ослопы. В многочисленных курганах XI—XIII
веков находятся те же предметы оружия, что и в курганах Х века:
топорки, копья, стрелы, умбоны от щитов и т. п. Источники древней
письменности подтверждают наличие перечисленного выше оружия. В
цитированном неоднократно «Слове о полку Игореви» говорится: «с утра до
вечера и с вечера до утра летят стрелы каленые, гремят сабли о шеломы,
трещат копья харалужные». В летописных повествованиях о битвах
Александра Невского перечисляется подобное же вооружение. Сам Александр
в битве на Неве
     нанес предводителю шведских войск
Биргеру рану в лицо «острым своим копием». Новгородец Збыслов Якунович
много раз наезжал на врагов, «сражаясь одним топорком... и много
погибло от топорка его». Дружинник князя половчанин Яков «наезжал на
врагов с мечем и сражался мужественно». Один из
«незнатных»—Савва—подсек столб у златоверхого королевского шатра
(значит, также был вооружен топором), и шатер

     рухнул.

     

     Еще более разнообразное оружие
перечисляется в описании Куликовской битвы (1380 г.). Там были копья
харалужные, мечи булатные, топоры легкие, щиты московские, шеломы
немецкие, байданы бессерменские. Наряду с русским здесь указывается и
привозное оружие: байданы бессерменские, то есть бусурманские —
восточные, шеломы немецкие, то есть западноевропейские. Впервые
выступает Москва как центр оружейного производства — «щиты московские».
Русского конного воина XIV столетия можно представить в следующем виде:
он на коне, в кольчуге и в шлеме, в одной руке копье, в другой повод,
на руке круглый железный щит, с левой стороны сабля, с правой—лук в
налучье, за спиной колчан со стрелами (табл. XXXIV, рис. 198). 2 года
спустя после Куликовской битвы, при осаде Москвы Тохтамышем,
упоминаются самострелы и пушки. С этого времени можно считать, что
появляется новый род войска — артиллерия. Правда, на первой стадии
мастер-пушкарь отливал пушку и сам же стрелял из нее. По мере развития
артиллерии пушкари уже не являются обязательно мастерами. Это в
большинстве случаев стрелки-артиллеристы, обслуживающие орудия. В XVI
столетии образуется специальное ведомство — Пушкарский приказ; в
крепости каждого города при пушках указываются пушкари. Иногда «наряд»,
то есть орудия и порох, поручаются «посадским людям» —горожанам.
Правда, это было свойственно наиболее отдаленным от центра городам.

     Ручное огнестрельное оружие—-пищали
упоминаются позднее. Наиболее раннее упоминание о пищалях относится к
1480 году, к походу на Русь Ахмата: «наши стрелами и из пищалей многих
татар убили».

     В середине XVI века (1550 г.)
образуется пехота, вооруженная огнестрельным оружием — стрельцы. Под
Казанью уже действуют три рода войска: артиллерия, или «наряд», пехота
— стрельцы и самый многочисленный род войска — конница. Как были одеты
и вооружены пушкари, — неизвестно. Под Казанью, судя по миниатюрам
царственного летописца XVI века, у пушкарей никакого личного оружия или
знака различия не указано, но в собрании оружия Оружейной палаты
сохранились значки пушкарей, представляющие собой круг с чеканным
изображением львиной головы с пушкой во рту. Значки эти XVII века, а
когда они появились вообще, -- неизвестно.
     

     Стрельцы были вооружены пищалями -
«рушницами», бердышами и саблями. Хотя по миниатюрам «Царственной
книги» под Казанью у стрельцов указаны только пищали, но уже к концу
XVI века они имеют и дополнительное холодное оружие — бердыши, сабли.
Впервые на полное вооружение стрельца указывает в последней четверти
XVI века Флетчер. «У стрельца или пехотинца, — пишет он, —нет никакого
оружия, кроме ружья в руке, бердыша на спине и меча (сабли) сбоку».

     Наряду с пешими были и конные
стрельцы. Иностранец Паэрле, бывший в России в 1606 году и наблюдавший
конных стрельцов при одном из выездов царя, так описывает их: «2000
конных стрельцов в красных суконных кафтанах с белою на .груди
перевязью, с луками и стрелами на одной стороне и с ружьями,
привязанными к седлу, с другой».

     Конные стрельцы участвовали во всех
посольских приемах, выезжая навстречу послам в «цветном платье» с
дорогим казенным оружием.

     С. Л. Марголин считает основным
вооружением стрельца пищаль, бердыш и саблю. Говоря о стрельцах,
невозможно не сравнить их с западноевропейскими мушкетерами и не
отметить их преимущество перед последними. Западноевропейский мушкетер
XVI—XVII веков был вооружен тяжелым мушкетом, из которого можно
стрелять, только оперев

     последний на воткнутую в землю
сошку, которая сама по себе никакого значения как оружие не имела.
Бердыш мог служить стрельцу не только подпоркой под пищаль, но и
холодным оружием, с которым он в случае надобности мог идти и в атаку.
В военном деле это было большое преимущество. Русская стрелецкая пехота
была выше западноевропейской и по своему моральному облику: это было
войско национальное, а не вербовочное, которому было все равно, от кого
получать деньги. Стрельцы были войском профессиональным: стрельба из
фитильного ружья требовала большого навыка, постоянного упражнения. В
стрельцах служили всю жизнь. Затем это искусство переходило к детям и
внукам. «И дети, и внуки по них стрельцы же», — пишет в своих записках
Котошихин.

     В свободное от службы время стрельцы занимались торговлей.

     Наиболее разнообразным было
вооружение конницы, особенно в XVII столетии, когда она, не бросая
свойственного ей холодного оружия, должна была вооружаться и
огнестрельным. Классическим вооружением конницы XVI века являлся полный
доспех: шлем, кольчуга или панцырь, зерцала, наколенники и наручи, то
есть оборонительное вооружение. Основным наступательным оружием до
конца XVI века являлись лук, копье, сабля.

     Наряду с металлическим доспехом
сосуществовал и бумажный, так называемый тегиляй. В зарисовках
Герберштейна, относящихся к 30-м годам XVI века, показаны «служилые
люди» в тегиляях. В середине XVI века тигеляй встречается уже гораздо
реже. В конце XVI столетия в конницу начинает проникать огнестрельное
оружие. Сначала помещики им вооружают своих людей, видимо, считая его
менее почетным, чем холодное; затем в XVII веке наличие огнестрельного
оружия в коннице является уже необходимым, предписываемым царскими
указами. Так, в 1643 году в наказе псковским воеводам говорится, чтобы
дворяне, дети боярские и новики, то есть верстанные вновь, на службу
являлись с пищалями и карабинами, «а которые дворяне и дети боярские
ездят с одними пистоли, а к пистолям карабинов и мерных пищалей не
держат и те бы к пистолям держали карабины и пищали мерные». Выезжавшие
с саадаками должны были иметь сверх того по пистолету и по карабину. Не
уменьшаются требования и в отношении оборонительного вооружения. В том
же наказе псковским воеводам отмечается, что все должны являться «в
сбруях, в латах, бахтерцах, панцырях, и в шеломах, и в
шапках-мисюрках». Дела разрядного приказа ярко рисуют вооружение
конницы XVII века. Так, в 1640—1641 годах в городе Новосиле конных
боярских детей 259 человек вооружены саадаками, карабинами, саблями,
пищалями. В г. Ливнах конных боярских детей с саадаками и с саблями 117
человек, с пищалями и с саблями 60 человек, с одними пищалями без
сабель 19 человек, с одними саадаками 166 человек, с одними саблями 78
человек. Об оборонительном вооружении совсем не упоминается. Проще и
однообразней вооружены конные казаки, например в г. Воронеже во второй
половине XVII века конных казаков числилось 562, все они были вооружены
пищалями и рогатинами.
     

     В начале второй четверти XVII
столетия организуются полки нового строя, в первое время под
командованием иноземных специалистов, но затем, очень скоро, иноземные
специалисты начинают сменяться русскими командирами. Пехота нового
строя состояла из солдат, вооруженных мушкетами и шпагами, и копейных
рот, вооруженных длинными копьями и также шпагами.

     Конница нового строя делилась на
рейтар и драгун. Драгунские полки, так же как и солдатские,
комплектовались из беспоместных дворян, боярских детей и всяких «охочих
людей», которые не состояли ни на службе, ни в холопах, ни в тягле.
Царская грамота углицкому воеводе Собакину от 1639 года гласит
следующее: «Указали есмя для нашея службы нынешнего лета прибрать в
драгунскую и в солдатскую службу детей боярских и иноземцев, и
новокрещенов, которые не верстаны и не в службе и за которыми
прожиточных поместий и вотчин нет... Стрелецких и казачьих и всяких
чинов людей детей и братьев, и племянников, которые не в службе и не в
тягле и не на пашне и в холопах ни у кого не служат, всяких охочих
вольных людей». И солдатам и драгунам выдавалось казенное оружие. «А
мушкеты и всякую ратную сбрую драгунам и солдатам по нашему указу
давать из казны, да драгунам же лошади и седла и узды давать наше же»,
— сказано дальше в цитируемом выше указе. Кроме того, драгунам
выдавалось жалованье «по три рубля на платье человеку» и поденный корм:
детям боярским и иноземцам по 8 денег на день человеку и прочим «всяких
чинов людем и охочим» по 7 денег на день. В мирное время драгуны
наравне с казаками и стрельцами имели право торговать и заниматься
промыслами. «А которые стрельцы, казаки и драгуны всякими торговыми
промыслами промышляют и в лавках сидят и тем стрельцам и казакам и
драгунам с торгов своих промыслов платить таможенные пошлины, а с лавок
оброк». Согласно Котошихину, драгун главным образом поселяли на кожной
границе, «на Украине», используя их в борьбе с татарами, тогда как
солдат поселяли на западной границе. «Старые драгуны устроены вечным
житьем на Украине и Татарской земле, против того, что и солдаты к
границе свейского государства». Однако, как видно из документов, драгун
поселяли и на западной границе. Так, в грамоте от 1648 года
новгородскому митрополиту сказано, что целая митрополичья вотчина —
Олонецкий погост со всеми крестьянами назначается в драгунскую службу
«для того, чтобы те крестьяне и бобыли живут смежно с немецкими
людьми».
     Вооружение драгун было более
однообразное. По Котошихину, они были вооружены мушкетами, бердышами
или топорами и короткими пиками, имели «знамены против солдатского
строя», то есть одинаковые с солдатскими. К Драгунским полкам уже в
середине XVII века придавалась артиллерия — по 50 и 60 пушек. В
документах Разрядного приказа вооружение драгун указано следующее:
«знаменщик на лошади с карабином, сержант на лошади государева
жалованья, пищаль, шпага, лядунка. Капрал на лошади; вооруженье пищаль,
шпага, лядунка», или 1647 года «дети боярские драгунской службы на
конях с пищалью».

     Второй вид конницы нового строя —
рейтары ближе стояли к старой дворянской коннице и занимали более
привилегированное положение. Рейтарские полки комплектовались из
мелкопоместных дворян, боярских детей и даточных от монастырей и
неслужилого дворянства. «И в те полки рейтарские, — пишет цитируемый
выше Котошихин, — выбирают и жильцов, из дворян городовых и дворянских
детей, недорослей и из детей боярских, которые малопоместные или
беспоместные... также из

     вольных людей выбирают кто к данной
службе быта похочет». С монастырей и с неслужилого дворянства
полагалось брать «со ста крестьянских дворов рейтар со всею службою и с
лошадью». Рейтары получали жалованья по 30 рублей в год (и оружие: «да
им же из царские казны дается ружье карабины и пистоли, и порох, и
свинец». Кроме карабинов и пистолетов, рейтары имели шпаги и
оборонительное вооружение: латы,

     состоящие из передних и задних
досок, двух пол и ожерелий, или ошейков, и железных шапок — шишаков.
«Рейтаром с поляки и с татары никоем обычаем без лат биться не мочно».

     Среди рейтар были особые отряды
копейщиков, служба которых ценилась особенно высоко. В 1660 году в
Белогородском полку упоминается копейный рейтарский шквадрон
(эскадрон). Копейщики были вооружены копьями и пистолетами. Лошадей
рейтары должны были покупать сами, и только в том случае, если лошадь
убивали, то на покупку новой лошади деньги выдавались из полка, однако
более зажиточные и в этом случае покупали сами. Рейтарам, за которыми
числились дворы, жалованье платилось де полностью: у них вычиталось из
жалованья «против крестьянских дворов». Рейтары проходили ежегодное
обучение.
     С 1650 года в России при стрелецких
полках возникли особые роты, вооруженные саблями и длинными копьями.
Эти роты назывались «гусарскими шквадронами».. Гусары были вооружены
также пистолетами и носили оборонительное вооруженье: шишаки, латы и
даже наручи. Чем отличались гусарские латы от рейтарских — неизвестно.
С. К. Богоявленский предполагает, что они были более легкие, так как
сама гусарская конница являлась конницей более легкого типа. Судя по
документам XVII века, гусарская конница по преимуществу была дворянской
и, следовательно, занимала еще более привилегированное положение,
нежели рейтары.

     В XVI—XVII веках на случай больших
войн уже не шло все население поголовно, как это было в более
отдаленные времена, а привлекалось известное количество людей по
разверстке или с количества земли — «посошные люди», или же с
количества дворов — «даточные люди». Особенно следует остановиться на
даточных людях, так как они являются предшественниками позднейших
рекрутов. Даточные люди — это был резерв армии, затем это стал материал
для армии, подбираемой по известной системе и со строгим отбором.
Даточные люди выходили со своим оружием. В 1607 году в грамоте Шуйского
в Пермь великую велено было собрать 70 человек ратных людей. Указ
воеводе гласит: «А собрал бы ты еси тех ратных людей, которые б были
собою добры и молоды и резвы и из луков и из пищалей стрелять были
горазды. А старых бы и худших людей и недорослей в них однолично не
было».

     Для них требовалось вооружение: луки
или пищали, топоры, рогатины, бердыши. Из лучших волостных людей к
ратникам следовало выбрать начальников — пятидесятников, десятников. Из
казны было обещано денежное жалование по 2 рубля в месяц на человека. В
этом указе ничего не говорится, по какой системе должны быть набраны
ратники,

     но в указе на Белоозеро от того же
1607 года сказано определенно: «с сохи по шти человек по три конных, да
по три пеших». Таким образом, наряду с системой подворной, еще до
начала XVII века существовала более старая система — «посошная» — набор
с определенного количества земли. На помещиков, вотчинников и монастыри
приведенный выше указ не распространялся.

     По случаю войны с поляками в 1633
году снова прибегают к сбору ратных людей: «с 300 четвертей по человеку
по конному со всяким оружием», «а имати даточных людей добрых и на
лошадях на добрых же и оружных и в сбруе и в латах и в шишаках и в
панцырях и в бахтерцах».

     В 1655 году указано было собрать в
Новгороде с митрополичьих и с монастырских вотчин «с пятидесяти дворов
по служилому человеку на добром коне с карабином и с парою пистолетов и
с саблею». Дальше в указе говорится: «взять на нашу службу в Смоленск в
полк к Шереметеву». Запасов велено было брать на год и больше.
     Срок службы даточных людей обычно
был неопределенный — по мере надобности, но иногда приблизительно все
же намечались и сроки. Так, в 1633 году при сборе даточных людей с
Калязинского монастыря указано: «а быти там даточным людям на нашей
службе год с тех мест, как их на нашу службу пошлют». На случай прихода
неприятеля вооружалось и посадское население. Как видно из старых
переписных книг городов XVI—XVII веков, посадские люди были вооружены
рогатинами, бердышами, пищалями. Так, в г. Воронеже в 1647 году 208
человек посадских людей были вооружены пищалями и рогатинами. Обильный
материал дают в этом отношении переписные книги Москвы, Ярославля,
Нижнего Новгорода и других городов. Таким образом, при экспозиции
городских посадов также необходимо привлекать образцы оружия, как,
например, рогатины, которые особенно широко были распространены среди
городского и даже сельского населения.

     Петр I при реформе армии положил в
основу ее очень много русских традиций и развил их далее. Прежде всего
это сказалось при комплектовании армии. Этот момент был отмечен еще в
буржуазной литературе: «Петр, приступая в 1699 году к сформированию
новой армии, обратился не к вербовке, господствовавшей тогда почти во
всех европейских армиях, а к сбору даточных людей, то есть к развитию и
более совершенному устройству старинных составных частей наших ратей,
что выразилось в привлечении в ряды новой армии не одного какого-нибудь
сословия, а всей земской силы целого народа».

     

     Преемственность рекрутской системы от
даточной видна в указах самого Петра. По указу от 20 февраля 1705 года
о наборе рекрутов велено было основываться на переписных книгах 1678
года и брать даточных с двадцати дворов человека. холостого в возрасте
от 15 до 20 лет, «а ниже пятнадцати и выше двадцати не имать». Корм и
одежда рекрутам берется также с населения. «А корм и одежду, и обувь,
кафтаны серые и шапки, и шубы, и кушаки, и чулки, и чирики давать им с
тех же людей с которых будут взяты». Рекрутов ведено было ставить в
городах на посадах «человек по 500 и до 1000 и учить их военному
солдатскому строю по артикулу». К развитию традиционной системы
комплектования прибавляется совершенно новое — это «учение по
артикулу». 14 июля того же года был объявлен набор конных рекрут также
на основании переписных книг 1678 года: «по даточному конному человеку
с семидесяти дворов одежного с лошадью и с ружьем». Требуется также,
«чтоб лошадям и ружью у тех даточных быть добрым». Возрастной срок и
разверстка менялись в связи с необходимостью. Так, в 1711 году по
случаю войны с Турцией набирали в рекруты в возрасте от 14 до 40 лет.

     Самые лучшие части Петр берет из
состава старого войска при организации своей новой армии—солдат и
драгун, подчиняя их учению «по артикулу». Регулярное войско Петра
состояло из пехотных солдатских полков и драгунских конных. В
иррегулярную конницу входили казаки донские, яицкие, сибирские,
гребенские, терские, хоперские, малороссийские, запорожские, калмыки и
чугуевцы. В 1707 году велено было набрать в южной Роосии из сербов,
валахов и молдаван «добрых и искусных людей 300 человек при 8
офицерах».

     Эта организация, получившая название
«Волошской хоронгви», принадлежала к легкой кавалерии гусарского типа.
К 1711 году существовало уже шесть волошских полков и две хоронгви, но
после Прутского похода Волошские полки, как не оправдавшие себя, были
распущены, за исключением 1,5 тысячи человек, которые просуществовали
до 1721 года.

     Петр вооружил свою регулярную армию
самым передовым оружием. Вместо старого типа кремневых ружей, которые
применялись в русском войске задолго до Петра, он ввел ружья-фузеи с
самым совершенным кремневым замком. С 1700 до 1708 года к ружьям были
приняты багинеты, а с 1708 года трехгранные штыки. Петром также был
введен к ружьям железный шомпол. Оборонительное оружие было упразднено
совершенно и введено однообразное строгое обмундирование — суконные
кафтаны и камзолы. Петровский пехотинец — фузелер, был вооружен с 1700
по 1708 год фузеей с багинетом; последний в походе и при стрельбе
носился на перевязи, подобно шпаге, и втыкался в дуло ружья во время
рукопашного боя. С 1709 года фузелеры были вооружены ружьями с
примкнутыми трехгранными штыками и шпагами с портупеей. К фузеям
полагалась патронная сума, носившаяся на ремне через левое плечо.
     

     Гренадерская рота была вооружена
фузеями же с погонным ремнем, ручными гранатами, носившимися в
гренадерской суме, отличавшейся от патронной только плащами с
изображением гранат. Вместо патронной сумы гренадеру полагалась
носившаяся на поясе лядунка с двенадцатью трубками внутри для помещения
патронов.

     В военное время треть фузилеров
лейб-гвардии Преображенского полка преобразовывалась в пикинеров. Из
200 пикинеров каждого батальона 72 человека имели по шпаге, копью,
пистолету и патронной лядунке, а остальные 128 человек были вооружены
только шпагами и копьями.

     В 1720 году копья были отменены
совершенно. Начальствующий состав пехоты был вооружен следующим
образом: сержант—шпагой с портупеей и сержантской алебардой;
обер-офицеры и штаб-офицеры имели протазаны, или партазаны,
отличавшиеся только кистями: у обер-офицерских кисти были серебряные, у
штаб-офицерских — золотые.

     Драгунская конница до 1711 года была
вооружена довольно разнообразно. Драгуны имели фузеи, карабины,
пистолеты, шпаги, сабли, палаши. С 1711 года драгуны вооружаются более
однообразно. Рядовой драгун носил фузею со штыком и погонным ремнем,
пистолет и палаш.

     

     Кроме того, из ста рядовых и
урядников, составлявших драгунскую роту, 80 имели по топору, 10 по
железной лопате и 10 по кирке. Пистолет рядовому драгуну полагался один
и носился в кожаной ольстре у седла с левой стороны. Топор, лопата или
кирка также приторачивались к седлу с левой стороны. Вооружение
драгунского офицера состояло из пехотного образца шпаги с темляком и
пары пистолетов, помещавшихся в ольстрах с двух сторон седла.

     Артиллерийский полк при Петре I
состоял из бомбардирской роты, шести канонирских, одной минерной и двух
команд — инженерной и понтонной. Бомбардирской роте Петр придавал
большое значение. Он сам состоял в этой роте и считал себя первым
бомбардиром. Вооружение бомбардира состояло из шпаги, пистолета и
ручной медной кремневой мортирцы с коротким стволом; при стрельбе
мортирца накладывалась на алебарду, воткнутую в землю. Из мортирец
бросали гранаты калибром, равным фунтовому ядру.

     

      Вооружение иррегулярных войск было
более разнообразно, например: на вооружении запорожцев были два
пистолета, ружье восточного типа, сабля, пика, кинжал или нож. Менее
сложным являлось вооружение малороссийских казаков; они были вооружены
ружьем старого типа — ручницей, и саблей. Патроны носились на поясе в
лядунке. Полковники сохранили прежний начальнический жезл — булаву, или
пернач.

     Армия, приведенная Петром I к
четкому единообразию, вскоре после его кончины снова начала приобретать
более разнообразный характер, особенно конница. При Анне Иоанновне была
сформирована тяжелая кавалерия — кирасиры, вооруженные палашом на
портупее, парой пистолетов в кожаных ольстрах у седла и карабином со
штыком. Для кирасир снова было введено и оборонительное вооружение —
тяжелая грудная кираса. Для патронов полагалась лядунка, носившаяся на
поясе.

     

     В 1741 году была сформирована легкая
кавалерия—четыре гусарских полка: сербский, грузинский, волошский и
молдавский. Вооружение гусар состояло из сабли с расширенным
(незначительно) книзу клинком—елманью, пары пистолетов и карабина. Для
фуражировок полагался мушкетон, стреляющий дробью. В 1762 году в пехоте
прямые шпаги были заменены шпагами с кривыми тесачными клинками, или
полусаблями.
     Во второй половине XVIII века
чрезвычайно прогрессивным явлением было учреждение легкой пехоты —
егерей. Егеря — меткие стрелки — были вооружены усовершенствованными
гладкоствольными ружьями, часть их — унтер-офицеры и фланговые — имели
нарезные штуцера, стрелявшие на очень далекую дистанцию. Вместо шпаг в
портупею вкладывался штык, тяжелая гренадерская сума была заменена

     патронташем, носившимся на поясе.
Егеря проходили особую подготовку для ведения боя на пересеченной
местности, где приходилось действовать врассыпную, быть очень ловкими и
подвижными.
     

     Егеря особенно проявили себя в первую
турецкую войну. Румянцев всегда назначал их в авангард наряду с легкой
кавалерией. В 1788 году Потемкин составил для обучения егерей особую
инструкцию, из которой видно, что новая тактика рассыпного строя в
русской армии выпала на долю егерей. Егерями командовали Александр
Васильевич Суворов и Михаил Илларионович Кутузов. Это к ним, видимо,
относится выражение Суворова «стрелять редко, да метко». В 80-е годы
егерские батальоны были сведены в егерские корпуса. В 1795 году
численность егерей дошла до 39 тысяч. В средине XIX столетия число
егерских батальонов было еще более увеличено, и в это же примерно время
стали нарождаться новые пехотные части, пришедшие на смену

     егерям, — стрелковые батальоны.

     Следует сказать несколько слов о
кавалерии второй половины XVIII столетия. Наряду с драгунскими и
гусарскими полками в 1764 году .были учреждены пикинеры. Каждая
четвертая часть роты этих полков состояла из пеших стрелков,
вооруженных фузеей и кортиком. Каждый же конный должен был иметь от
себя, кроме обмундирования, саблю, карабин, один пистолет, лядунку для
патронов, пику на красном древке и лошадь. Вооружение казака состояло
из сабли с портупеей, пики, карабина, пистолета и лядунки. После первой
русско-турецкой войны были сформированы национальные войска из
албанцев, греков, вооруженных саблями с черным костяным эфесом,
оправленным в серебро, с портупеей, обшитой серебряным галуном, ружьями
албанского типа с восьмигранным стволом и прикладом, обработанным
медной латунью, и пистолетами, оправленными серебром в красной
сафьяновой кобуре. В самом конце XVIII века национальные войска были
расформированы.
     Весьма пеструю картину представляло
вооружение русской армии в начале XIX столетия. Для каждого рода войск
был принят особый тип огнестрельного оружия. Рядовые пехотных
мушкетерских полков были вооружены кремневым, гладкоствольным пехотным
ружьем, унтер-офицеры — винтовальным (нарезным), егеря — егерскими
гладкоствольными ружьями и нарезными штуцерами, также кремневыми. Еще
пестрее было вооружение кавалерии. Кроме кирасирских палашей,
драгунских и гусарских сабель, кавалерия имела на вооружении
драгунские, кирасирские и гусарские ружья, кавалерийские штуцера,
мушкетоны и пистолеты. В 1803 году Одесскому гусарскому полку велено
было именоваться уланским. Вооружение улана с 1806 года составляли
сабля, пистолеты и пика — на черном древке. Более однообразно была
вооружена только гвардия.

     Непрерывные войны в начале XIX века
также оказывали большое влияние на вооружение армии. Однако следует
заметить, что в Отечественную войну 1812 года русское оружие по своей
конструкции нисколько не уступало западноевропейскому, а наша
отечественная артиллерия стояла выше западноевропейской.

     Холодное оружие этого периода
состояло из легкой кавалерийской сабли, тяжелого кирасирского палаша,
казачьей и уланской пики. Пехота имела полусабли, саперные части
вооружались тесаками с пилой на обухе. Офицерский состав имел шпаги.

     Если первая четверть XIX века
характеризуется малой подвижностью в области технических
усовершенствований огнестрельного оружия, то вторая четверть и середина
этого столетия проходят в постоянных опытах по созданию новых образцов.
Создаются пехотные ружья образца 1823, 1828, 1839, 1844, 1852, 1854
годов. В этот же период кремневая система замков, страдавшая большими
недостатками, заменяется новой, более совершенной системой капсульных,
или ударных, замков. Получает развитие и нарезное оружие с его
меткостью и дальнобойностью.

     Однако, несмотря на все это, в
Восточную войну 1853—1856 годов наша армия была вооружена
гладкоствольным, заряжающимся с дула, оружием ударной, то есть
капсульной, системы; такой же системы были и пистолеты. Наряду с этим
употреблялось еще и старое оружие кремневой системы. Холодное оружие
составляли сабли, палаши, пики. Начиная с кавказских войн 1820—1830
годов, в кавалерии появляется шашка; в морских частях — морские палаши.

     Героизм русских солдат и русских
матросов, проявленный в Крымскую кампанию, особенно во время
героической обороны Севастополя, не мог компенсировать всех тех
недостатков, которые обнаружились во время войны. Отсталость вооружения
являлась одной из главных причин поражения России. Урок, данный
Крымской кампанией, указал

     на неотложную необходимость в
улучшении нашего огнестрельного оружия. И тут же после войны начинается
напряженная работа в области усовершенствования оружейного дела.
«Россия не может, да и не должна отставать от других первостепенных
Европейских держав в деле радикального перевооружения своей армии,
каких бы чувствительных пожертвований это не потребовало от
Государства», — говорится в одном из докладов главного артиллерийского
управления военному министру.

     Преимущество нарезного оружия перед
гладкоствольным в Восточную войну обнаружилось с полной очевидностью и
ясно показало, в каком направлении следует вести работу по улучшению
оружия. Уже через год после войны утверждается новый образец ружья для
стрелковых частей — 6-линейная стрелковая винтовка образца 1856 года.

     

     Спустя еще год ставится вопрос о
вооружении пехотной 6-линейной винтовкой образца 1856 года всей нашей
армии. В 1860 году утверждается образец 6-линейной казачьей винтовки.
Но при слабом развитии оружейной промышленности в России и при
нежелании царского правительства поднять эту промышленность на должную
высоту большинство заказов отдается заграничным фабрикантам, к великому
огорчению русских оружейников. Не один раз русские оружейные мастера
обращались к правительству с просьбой предоставить им часть
заграничного заказа. «Мы желали бы,— пишут в одном из прошений
оружейники,— послужить отечеству своему, по мере сил наших, желали бы
доказать, что и мы не отстали в оружейной работе от иностранцев и можем
исправно и тщательно работать».
     Оружейники обещают изготовить
оружие из самых лучших материалов, самой высокой и тщательной отделки и
со скидкой против иностранных заводов.
     Второй вопрос, который был
поставлен на очередь в третьей четверти XIX столетия и который был
тесно связан с нарезным оружием,—это заряжание с казенной части.
Поставленная проблема была решена успешно. В 1867 году 6-линейную
винтовку переделали в казнозарядную, игольчатую, с бумажным патроном,
системы Карле, а вскоре появилась винтовка с металлическим патроном
системы Крнка. Дальше идет работа по уменьшению калибра и
усовершенствованию затвора. В результате этой работы появляется
винтовка Бердана-1 и затем Бердана-2 с калибром 4,2 линии, со
скользящим затвором.
     Таким образом, в русско-турецкую
войну 1877—1878 годов наша армия пришла вооруженной новыми системами
оружия, оружия скорострельного, заряжающегося с казенной части, —
Карле, Крнка, Баранова и Бердана. На вооружении офицерского состава
были револьверы системы Кольта и системы Лефоше. Кавалерия была
вооружена драгунскими винтовками, шашками и пиками.

     Вскоре после русско-турецкой войны, в 1881—1882 годах в армии

     проводятся большие реформы, но их характеристика выходит за пределы настоящего очерка.



Источник: http://www.rustrana.ru
Категория: Статьи | Добавил: Sergei (08 Июня 2006) | Автор: М.М.Денисова, М.Э.Портнов, Е.Н.Дени
Просмотров: 2546 | Комментарии: 2

Всего комментариев: 1
11 Февраля 2012 Спам
1. vipgod
тОличная статья, мне рнавится, достойно.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Создать сайт бесплатно
Категории каталога
Статьи [74]
Познавательное [19]
Интересные моменты из истории,обычаи,традиции и пр.
Поиск по каталогу
Друзья сайта

    Статистика